Программист с комплексом Бога

smbat-makiyan

Смбат Макиян — выпускник медицинского, который за год переквалифицировался в программиста, а еще через год получил завидную должность в одной из крупнейших девелоперских компаний Global Logic. Смбат — армянин, крымчанин и настоящий патриот Украины, в миру просто «Сим» (ни в коем случае не путать с «Синдбадом Мореплавателем»). В интервью для «Студвей» Сим рассказал, как без двух минут хирург превратился в программиста, об особенностях рынка IT в Украине и о работе, на которую никак не получится опоздать.

– Расскажи о себе.

– Я родился в Ереване. Мама по образованию физик твердых тел, папа — сначала был физик-ядерщик (теоретик), а потом профессию поменял, в связи с чем мы и переехали в Украину. Поселились в Феодосии — там много мест связанных с историей армян.

– Можешь рассказать подробнее про армян и Крым? К сожалению, мы очень мало об этом знаем.

–  Армяне начали переселяться в Крым в шестом веке нашей эры, а активное переселение началось в девятом. У армян, как у торгового народа, были обширные экономические связи со многими странами и регионами — не обошелся без них и Крым. В частности, крупнейшим торговым городом Крыма долгое время являлась Феодосия, в которой, в свое время, было около 30-ти одновременно действующих армянских церквей.  До наших времен дожили лишь семь, в двух из которых находится небезопасно, парочка у РПЦ и две церкви —  действующие. Этнические изменения на территории Крыма особо не сказывались на численности армянского населения: даже при ханстве армяне продолжали быть большой и уважаемой частью городского населения. Это касалось и религии. Одно из архитектурных достояний Феодосии — церковь святого Сергия. В 19 веке она сильно пострадала, и была восстановлена на средства Айвазовского (он же Гайвазян), известного мариниста. В ней художник крестился и венчался, и тут же похоронен.

Еще две менее известные — Сурб-Геворг и церковь архангелов Михаила и Гавриила. Эти две нуждаются в больших вложениях и ремонте.

 Долгое время в Крыму православные храмы право имели строить лишь армяне

– Что интересного в школьные годы было в Феодосии?

– Я учился в 17-й школе Феодосии, закончил на серебряную медаль. После нее университет мне показался несерьезным заведением – понял, что в школе были более требовательны к моим знаниям, к знаниям преподавательского состава. Занимался в МАНе математикой, физикой, химией. Закончил музыкальную школу по классу фортепиано и флейты. Потом поступил в Крымский государственный медицинский университет.

smbat-makiyan

– Что скажешь о качестве образования?

– Как и в большинстве наших государственных учреждений, оставляло желал лучшего.  Одна из первых вещей, которую нам сказали — медицина наука неточная. Иногда слушаешь преподавателя и думаешь: а он вообще открывал книгу после 1953 года?…

И у хорошего медика, и у программиста есть комплекс Бога

– А медицина наука вообще?

– Скажем так: это набор знаний о том, как работает и функционирует организм, а также как это все не работает и догадки, что с этим делать. Есть многочисленные примеры, когда что-то считалось «нормой» (или, наоборот, чем-то опасным), а потом оказалось наоборот.

– Какой курс был самым сложным в меде?

– Третий. Тогда было много сложных предметов. Плюс, Google еще не был так крут — не все оцифровывалось, и для учебы нужны были книжки.

– Что общего между медиками и программистами?

– И у тех, и у других есть комплекс Бога. Хороший врач считает себя немного Богом, и программист тоже — он может написать все, что угодно, вопрос во времени.

– А когда тебе пришло в голову, что ты не хочешь заниматься медициной, но хочешь программированием?

– В восьмом классе. Родители считали, что школьных знаний мне недостаточно, поэтому дали мне кучу других полезных знаний.

Как-то они пообещали купить компьютер, но еще долго не покупали. Когда купили — начал разбираться. Я знал: вот левая кнопка мыши, а вот справка. А еще держи фотошоп, в нем будешь сканировать (на тот момент действительно можно было сохранить качество изображения, если сканируешь в фотошопе). Потом в школе были занятия по информатике, мы там что-то писали в программе «Паркетчик». Это было так здорово — ты что-то пишешь, а оно выполняется, и что-то новое выходит.

И вот так, по чуть-чуть, я изучил сначала свой комп (нужно было разобраться как что работает), потом друзья начали просить переустановить систему, ну и пошло-поехало.

smbat-makiyan

– А как так оказалось, что попал на медицинский?

– Это долгая история споров с родителями. По сути, они настояли. Я сначала учился в Крыму, потом перевелся на пятом курсе в Богомольца, закончил здесь. Как только приехал в Киев, сразу записался на курсы — JavaScript и C/C++. Но у меня даже были мысли, мол, если попаду на интернатуру на сосудистую хирургию (что казалось мне интереснее остального) и понравится, тогда останусь в медицине. Туда я не попал, хотя собирался идти на коммерческую основу — то есть я плачу и еще работаю при этом на больницу.

Реклама

Внутренняя кухня гейм-программера

– Закончил мед, потом курсы по программированию и что, сразу удалось найти работу?

– Есть такая компания, раньше она по-другому называлась, сейчас — Art Factory. Это компания специализировалась на каузальных играх. Это такие игры, которые не требуют сложного программного кода: иногда двумерные, иногда трехмерные, но очень простые. Например, «Косынка», всяческие «Лабиринты» и так далее. Мы делали Hidden Object. Недавно удивился: в метро увидел мальчика, который играл в нашу игру. Это забавно — изначально нашей целевой аудиторией были американские бабушки. А потом оказалось, что мы и понятия не имеем о target group.

Чем хороша эта компания для новичков — в нее действительно можно попасть без опыта работы; «чистая работа», не очень сложная и хорошо оплачивается. Но рынок каузальных игр сейчас перенасыщен, и требования к нему резко повысились.

После этого я устроился в Global Logic— это одна из пяти крупнейших IT-компаний в Украине, и с нами работают многие мировые лидеры. Только в Киеве офис — около 1,300 сотрудников. Плюс, отделения во многих городах Украины.

– Как построена твоя работа в GlobalLogic?

– Мы работаем отдельными проектными группами — лично у меня прожект-менеджер и еще пять человек (один я, программист, и четыре тестировщика). Собственно, с этими людьми больше всего дела и имею. Всего получается шесть человек в постоянном сотрудничестве, и еще где-то с десятью сталкиваешься попеременно — разные люди из других групп. Это не считая многих людей, с которыми ты видишь вне рабочего контекста. Делаю сервер для тестирования программного обеспечения. Например, кто-то написал часть кода, и она убила все остальное — а так можно увидеть, кто, когда, и чем сломал билд.

Замечу, что в большую компанию без английского попасть сложно, 99% переписки — на английском, и с коллегами во всем мире так работать проще.

smbat-makiyan

– А девушки среди коллег есть?

– Где-то треть — почти весь административный персонал, бухгалтерия, некоторые не IT-специалисты и аналитики, и много QA. QA, в народе тестировщики, это люди, которые проверяют качество программного обеспечения, его работоспособность, и могут сильно поднять уровень программы. Со стороны это выглядит как написание тестовых сценариев или неадекватное тыканье в программе везде где только можно.

– Но ты ведь программист, не тестировщик?

– Нет, не тестировщик. Но у нас в компании есть внутренняя социальная сеть, которая должна способствовать нашему корпоративному духу, взаимному общению. И вот в этой сети меня по ошибке вписали тестировщиком. Потом коллеги неделю посмеивались надо мной (не в обиду QA будет сказано).

Успешный программист не похож на хилого зануду с картинок

– Да уж, социальная сеть для большой компании программистов. Подтверждает традиционное представление о программисте, как о человеке, погруженном в виртуальный мир… Как по твоему опыту, большинство — такие?

– Нет. Есть и такие, конечно, но успешные и целеустремленные программисты совсем другие (а в GlobalLogic если ты не такой — не пройдешь отбор, а застрянешь где-то и свой карьерный рост остановишь). При целеустремленности ты должен быть ленивым — чтобы искать аккуратные и лучшие решения в минимум шагов, а не длинный код для того же результата. Нужно экономить свои усилия. Ты должен постоянно учиться — если не будешь, твои коллеги будут идти дальше, а ты — нет. Кроме того, большинство програмеров сейчас отлично понимают, что быть «хиляком» не круто. Поэтому среди нас очень много тех, кто занимается физическими упражнениями. Этому способствует и офис — в нашем здании расположен спортзал, куча душевых, где потом можно привести себя в порядок. Есть кстати, и лаунж зона — с диванами, бильярдом и прочими приблудами зажравшихся негодяев IT-шников.

Кроме того, у успешного программиста должно быть одно-два хобби, не связанное с компьютером.

smbat-makiyan

– Какие у тебя хобби?

– Мотоциклы можно считать хобби, не связанным с компами? И музыка — моя самая главная зависимость в жизни. Когда работаю, треть времени тоже слушаю музыку. Иногда это очень помогает сосредоточиться, а иногда, конечно, сложно докричаться до коллеги.

Но есть хобби, которое все же связано с работой — недавно в нашей компании открыли программистский хакерспейс. Хакерспейс — это такое физическое (а не виртуальное) место, где могут собраться технически продвинутые товарищи для совместного времяпрепровождения и творчества. Я там занимаюсь с ребятами работой с «голым железом» и оборудованием под него, очень интересно выходит. Сейчас собираем потихоньку всякое нужное оборудование, кто-то притащил свой ЗD принтер.

На мою работу нельзя опоздать, потому что работаешь не на часы, а на результат

– Расскажи об условиях работы.

– Условия у нас очень хорошие, начиная от зарплаты, социального пакета, страховки, приятного офиса со всем необходимым и заканчивая распорядком дня — к нам нельзя опоздать (разве что на встречи). Упор сделан на результат — в офис, как это принято на западе, можно попасть в удобное для тебя лично время. Есть люди, которые, например, любят поработать ночью. Я таких не видел, потому что уходил раньше, но в дедлайн можно и посидеть.

– «Студвей» недавно готовил материал о ТОП-20 профессиях будущего, конечно, речь шла и о IT. А какой бы ты ТОП-5 составил?

– Во-первых, инженеры — так как все, что мы пишем, все, что сейчас придумывается, кто-то должен делать. Еще очень хотелось бы сказать о генных инженерах — не знаю, как быстро это придет, но хотелось бы.

На самом деле, много медицины будет автоматизировано, но, значит, увеличится количество людей, которые этими машинами и технологиями будут управлять. Тот же хирург не исчезнет, но будет скорее похож на «водителя-беспилотника».

А еще я «предсказываю» развитие социальной психологии, которая будет работать над тем, как управлять всем этим количеством людей, и предвидеть всяческие кризисы на начальной стадии. Может, и какие-то кризисные менеджеры.

Возможно, через пару лет сможем забыть про нефть

А про инженеров — очень надеюсь. LockheedMartin на днях объявила о прорыве в термоядерном синтезе, и, если это действительно тот прогресс, о котором они говорят, а не просчет, тогда через полтора десятилетия можно забыть о нефти. Это технологии, которые будут давать практически бесплатную электроэнергию для всех без существенных угроз для экологии. Есть, кстати, такая наука, как гигиена — так вот, один из ее законов гласит, что через некоторое время человек станет положительно влиять на окружающую среду.

smbat-makiyan

– Чтобы ты сказал о IT-рынке Украины, какие у нас условия?

– Товарищ Янукович, к которому я соответственно отношусь после принятия «диктаторских законов», которыми можно было похоронить Украину, в свое время позволил очень хороший закон — 5% налог для IT-предприятий. Когда пришла новая власть, был подписан красивый документ с крупнейшими IT-компаниями (GlobalLogic тоже в их число входит). Цель — способствовать этой сфере в Украине. До 2020 года обещается создать 100 000 рабочих мест, как это будет делаться — не знаем. Но самое важное — не стали трогать 5% налог, с ним предприниматели могут стране дать больше, чем если просто увеличить налогообложение. Такой подход очень способствовал развитию бизнеса в Украине, сейчас наша страна лидер IT в восточной Европе. В Румынии тоже такое пытались сделать, но не вышло.

– А как влияют политические события?

– Ну как… В Донецке, Луганске сейчас просто нет электричества. В Киеве войны нет, и бизнес пока что из страны уходить не хочет, и, думаю, не будет уходить. Другой айти-центр страны — Харьков и Львов, там тоже мирно. Поэтому в целом — оптимистичен. Плюс, так как заказчики у IT-рынка Украины в основном из-за границы, в большинстве крупных компаний зарплата привязана не к гривне, а к доллару на межбанке, так что IT чувствует себя сейчас более комфортно, чем другие рынки.

Фото: Смбат Макиян, fs.exonix.ru, st.gdefon.com, ixbt.com.

Помилка в тексті? Виділи її, натисни Shift + Enter або клікни тут.

comments powered by Disqus