Референдум в Донецке: самый лучший день

Донецк

Активисты так называемой Донецкой народной республики, в народе именуемые колорадами, провели референдум 11 мая, не смотря на просьбу Владимира Владимировича повременить с самоопределением. На голосование выносился один вопрос: поддерживаете ли вы самостоятельность ДНР. Чтобы выяснить, правда ли людей загоняют на избирательные участки под дулами автоматов или же они выстраиваются там в многокилометровые очереди, в Донецк отправился наш корреспондент.

Доброе утро, Донееееееееецк!

На вокзале гуляют двое угрожающего вида в камуфляжной форме, выходить из поезда уже не хочется. Кажется, что мой «Дранг нах Остен»закончился, даже не перешедши в активную фазу, прямо как антитеррористическая операция отечественных силовиков. Много позже выяснится, что это всего лишь военизированная охрана вокзала. На улице людно, но ни обещанных орд сепаратистов, ни ихпознавательных знаков здесь не видно, на привокзальной площади обыкновенное базарное утро. Жарко.

Игнорирую услуги местного автопрома – с городом нужно знакомиться stepbystep, тем более в такой день. Первое и, пожалуй, единственное упоминание о доблести местных правоохранителей встречаем на полдороге до центра: экипаж ГАИ на блок-посту мужественно охраняет… Впрочем, нет, просто курит в кустах, оставив казенную машину на произвол судьбы. Белая, красивая – мечта сепаратиста.

Реклама

 О финансах и помидорах

Человеку с карточкой «ПриватБанка» в Донецке придется туго. Известная пиар-акция «Сдай сепаратиста» не то, чтобы совсем не принесла результата ─ нет, она вполне успешна, но не так, как того хотел заказчик. Из полутора десятков встреченных зеленых банкоматов только один встречает нас работающим экраном, но даже тот грустно сообщает, что денег нет. Остальные же стали памятниками народного зодчества: фигурного выжигания, каллиграфии (но не правописания), мозаики.

Дабы охватить картину в целом, отправляюсь на окраины. Тут на Партизанском проспекте нахожу следы «бендерофашизма», где ему в этом городе, вероятно, и самое место. По мудрому замечанию одного товарища, это не футболка пока висит, а балкон.

Мимо пролетает неопределенной масти «Жигуль» с георгиевской лентой на антенне – мы на правильном пути. Следующий кадр: идиллический пейзаж с работающим огородником и его соседкой.

– А вы уже проголосовали?

– На хуй мне сдался ваш референдум, помидоры мне шо, Путин посадит?

Немного о референдуме

Вообще на первый вопрос очень хочется ответить: «Воистину воскрес!» ─ с таким подобострастием и счастливым лицом им обмениваются все: от мала до велика.

Возле первого участка очередь празднично одетых дончан. Людей не много, но они стабильно, не иссякающим потоком, вымывают из головы только что прочитанные новости. Неприятно это признавать, но соврали все: конечно, это не пустые участки, коими их изобразили в одном украинском издании, но и не многотысячные толпы в сюжете небезызвестного российского ресурса.

Прохожу еще несколько школ (именно в них расположились участки, хотя об этом многие и не знали) – та же картина. Бабушки в белых платках крестятся передизбирательнымиурнами, старые друзья обнимаются и весело смеются в ожидании лучшей жизни, нарядные дети выцарапывают друг у друга редкие триколоры. Фестиваль сепаратистской весны в самом разгаре.

Председатель одного из участков позже сообщит, что из около 4600 зарегистрированных к ним пришло порядка 76% избирателей. Потом, доверительно улыбаясь, Анна Федоровна добавит:

«Только 66 человек проголосовали против. Это и вправду праздник. Мы думали, что люди побоятся, и никто не придет. Не видела такого подъема еще ни на одних выборах в Донецке».

В этом городе, как нигде, жив Советский Союз, хоть и модифицированного образца. Начиная от милого сердцу женского голоса, от имени экипажа троллейбуса желающего счастливого пути, заканчивая традицией одновариантных выборов: если не нравится формальный выбор большинства – зачем вообще приходить на участок.

ДонОДА

Первое знакомство с оплотом Донецкой народной республики – захваченной обладминистрацией ─проходит гладко под «Рожденный в СССР!» в исполнении гитариста и его друга, долго не разрешавших себя снимать. Баррикады из шин и металлолома по всему периметру, вооруженные люди, выборочно проверяющие входящих, и над всем этим гордо реет российский флаг. Интересное зрелище представляют собой проходящие мимо мужчины. Такое впечатление, что георгиевская лента, развевающаяся на груди, преображает их. Плечи развернуты, взгляд пытливо пронизывает, сканируя твою кровь: красная она либо же «червоно-чорна». Словом, говорить про захват админзданий федеральными войсками не приходится, тут хватает своих, «православных» активистов.

донецк2

«Наливай, праздник вс
е-таки…»

Исполнив гражданский долг (только вот чьей страны?), горожане и жители близлежащих поселков разбредаются по городу в поисках своих маленьких сепаратистских радостей. У святая святых местных футбольных фанатов – «Донбасс Арены», люди бегают по газонам, фотографируются и, в общем, ничто не напоминает о том, что за километр отсюда вооруженные люди пытаются расширить границы своей маленькой, но очень претенциозной Республики.

донецк3

Возле монумента освободителям Донбасса кто-то уже начал праздновать: «Наливай, праздник все-таки…», ─ а кто-то фотографирует детей на военной технике, маленькие «колорадики» заряжают фронтовые орудия и залповым огнем, под заливистый смех мам, уничтожают «фашистов-бендеровцев». Местный ополченец показывает девушке БТР:

У нас такой же, только четыре колеса и с пулеметом. Ух. Пускай только сунутся.

донецк4

На том берегу реки, до терриконов, громоздятся дома местных авторитетов. Местный рыбак поясняет, что все это незаконно, но против криминала не попрешь. 68-летний Анатолич, наливая для согрева, «объясняет за жизнь»:

Да, уже проголосовал. А разве есть выход? Нас обдирали двадцать три года, строили себе дворцы, а Донбасс остался с голой жопой. Янукович – сука, кричал за Донбасс, а теперь наворовался и сидит себе за границей. Пойми, мне Россия не нужна, мне нужно, чтобы у внуков и их детей было будущее. У меня 47 лет трудового стажа, я прошел Чехословакию, Афган, и куда только Родина не посылала. Сижу теперь с пенсией в тысячу гривен, смешно говорить. Донбасс долго молчал – мы думали, что все поменяется, хотя, если бы шахтеры вышли, то снесли бы Майдан киркой и мотыгой. Но пришли этот суслик, амбал еле говорящий, Юля из тюрьмы вылезла, Порошенко, которого я ненавижу… И сейчас воруют, что другие не успели. Хочется, чтобы у нас был свой Президент и дал клятву, когда украл 5 копеек, то остался без руки. И тогда все наладится».

донецк5

Ночь на Донбассе

К вечеру ДонОДА, аки чертоги Вальхаллы, гудит песнями, звуком разбитых бутылок и другими светошумовыми эффектами. По бульвару Пушкина прогуливаются семьи, парочки и одинокие носители тяжкого бремени русской души. Девушка тянет парня за руку: «Идем в администрацию, хоть покажу, где я волонтерю». Возле памятника Пушкину ребята катают на байках. Прерываются, чтобы посмотреть на проходящий мимо крестный ход под Красным знаменем. Парень с самокатом проводит до площади Ленина: там в подземном переходе кучка нетрезвых сепаратистов на украинском подпевают играющим из радио «Плач Єремії» «Лиш вона, лиш вонаааа…». Мой ровесник Феликс голосовать не ходил:

«Не хочу признавать это дерьмо. Россия – это Россия, наши друзья, братский народ и тому подобное, но Донецк – украинский город и его жители – граждане Украины! Нужно брать ситуацию в руки и пресекать криминал, сепаратизм и другие агрессивно направленные извержения общества специальными методами, пускай даже если они покажутся жесткими. В этой ситуации главное – это прекращение анархии и восстановление мира и порядка, а также арест всех виновных с дальнейшей ответственностью за содеянное».

донецк6

Парк возле ОДА к вечеру пустеет. Уличный музыкант, elmariachi, играет испанскую мелодию. Мимо проходит патруль в балаклавах и с битами, недовольно поглядывая на кавказцев, заседающих в окрестных ресторанах. Гитарист заводит: «И две тысячи лет война, война без особых причин. Война дело молодых, лекарство против морщин…». Андрей тоже не пришел на референдум:

«Думающие люди понимают, что толку от этого нет. Референдум нелегитимен, его никто не признает. Да и в Россию нам не нужно, у них своих проблем по горло. Я жил в Москве пару лет, многим людям там денег хватает едва на еду. В Крыму будет тоже самое, это мы и так скоро увидим. Хочется остаться в Украине, но чтобы жить по-человечески».

Из темноты выходят двое в бронежилетах с автоматами Калашникова. Один, оставив оружие товарищу, заходит в кафе, оттуда начинают выходить люди, безмятежно продолжая праздник. Видимо, здесь такое в порядке вещей. Часовой у входа явно пьян, бронежилет съехал на бок, он размахивает оружием, иногда наводя его на прохожих. Становится некомфортно.

Немного погодя первый сепаратист (по терминологии самих активистов: ополченец), выводит из кафе журналиста и заводит его в следующий ресторан. История повторяется: все выходят, при этом официанты начинают быстро выносить подносы со спиртным. Случайные прохожие громко спорят, российский ли это спецназ, ни мало не смущая автоматчика. Всем все равно.

Ночь тепла. Перекликаются какие-то птицы или американские диверсанты, засевшие в кустах, кто знает. Парню в камуфляже хорошо, как и тем другим, верящим в свой выбор. Для них это самый лучший день. В полночь появились предварительные результаты. 89,7% поддержали самостоятельность Донецкой народной республики. Ну, вот теперь жить станет хорошо, свои же не кинут, как кидали те другие, правда?

П.С. Все имена в целях безопасности респондентов изменены. Люди, изображенные на фотографиях, никакого отношения к антигосударственным или каким-либо противозаконным действиям не имеют.

Фото автора

 

Помилка в тексті? Виділи її, натисни Shift + Enter або клікни тут.

comments powered by Disqus