Илья Азар про депрессивную Русь, «Лентач» и мат

Илья Азар думает о Руси

Российская журналистика в Украине в ходе событий последнего полугода, мягко говоря, не в почете. Имя одного только Дмитрия Киселева, ведущего телепередачи «Вести», не только поминается всуе не в лучших выражениях, но и стало нарицательным для обозначения активистов федеральной пропаганды. В ходе военных действий на Донбассе, многим из российских журналистов вообще был запрещен въезд на территорию страны. Илья Азар – бывший сотрудник «Ленты.ру», ныне спецкор «Эха Москвы», один из немногих, кого украинские читатели еще готовы воспринимать как объективный источник информации, хотя и с московской пропиской.


Украина. Едина ли?

Если посмотреть на русского и украинца, то вы не найдете существенной внешней разницы. Славянин и есть славянин. Но если говорить про небольшие города на востоке Украины, то это, конечно, такая депрессивная провинциальная Россия. Люди много пьют, и это видно, потому что нет других развлечений, кроме алкоголя и телевизора, да и перспектив никаких нет. Думаю, в том, что разница между бандеровцами и ватниками обострилась сейчас, есть существенная вина СМИ и украинских политиков. Они не слышали и до сих пор не слышат Донбасс. Кроме вооруженных автоматчиков, которые терроризируют журналистов и оппозиционеров, тут есть множество людей, которые искренне ненавидят Киев, считая всех украинцев бандеровцами. Все не так просто, как кажется многим в Киеве, что, мол, здесь люди запуганы сепаратистами и только и ждут, когда их освободит армия. И надо понять, почему же так произошло, и что с этим делать, помимо ввода в города национальной гвардии. Вот только, возможно, уже поздно, и выбора осталось два: отпустить Донбасс с миром или быть готовым к массовым жертвам.


Реклама

Награда за голову Азара

Один мой, так сказать, коллега [Дмитрий Ольшанский] написал пост в Фейсбуке, в котором сказал, что я провокатор и осведомитель Майдана. После этого сепаратисты объявили на меня охоту и даже где-то вывешивали мои портреты и ориентировку. В Славянске меня задержали автоматчики, завели в захваченный горотдел милиции и начали допрашивать. Видимо, поскольку это был самый первый день захвата города, командир про меня был еще не в курсе, да и у них было много других дел, то они нас отпустили восвояси. Но нормально работать после этого стало невозможно, в интернете до сих пор ходит ориентировка на меня. Друзья говорят, что, если встречу Ольшанского в Москве, нужно будет ему набить морду.


Закрытие «Ленты.ру» после интервью с «правосеком»

Галю Тимченко [главреда «Ленты» ─ авт.] уволили как раз в тот день, когда вышло мое интервью с заместителем Яроша Андреем Тарасенко. Кто-то считает, что Мамут [глава холдинга Rambler&Co, в которую входит «Лента.ру»] просто зассал. А может, его давно прессовали из-за независимой редакционной политики «Ленты», и не только по Украине.Он долго тянул, но интервью с «Правым сектором» стало последней каплей, и он-таки решил перестраховаться. Независимые российские СМИ ─они есть. К примеру, тот же «Слон». Туда перешли несколько бывших коллег с «Ленты». У них даже Твиттер сейчас похож на Твиттер «Лентача», ведь туда пишет человек, который вел «Дорогую редакцию». Тот же «Дождь». Не знаю, что будет с ним дальше, у них очень сложная ситуация. То же «Эхо Москвы». Когда я искал работу после «Ленты.ру», мне предлагали много фриланса и единственным, кто позвонил с нормальным предложением за нормальные деньги, был Венедиктов.


Инвективы и запрет матов в социальных сетях

Закон про нецензурную лексику в СМИ был и раньше, а сейчас еще и блоги приравняли к СМИ. Я лично люблю мат, много употребляю его в своем Твиттере. Для меня это ─ своеобразная отдушина, и когда мне нечем заняться и хочется что-то почитать, я теперь, увы, беру не книгу, а захожу в Твиттер. Обрадуется закону только моя мама, которая читает мой Твиттер и постоянно просит не материться. Но в одном твите 140 символов, и тяжело выразить всю палитру эмоций, а вот короткие слова «блядь» и «пиздец» отлично с этим справляются. С другой стороны, в недавнем топ-5 матерщинников русского интернета меня нет, поэтому я продолжу материться и посмотрю, что будет с Варламовым и Кононенко. Если их посадят, то, возможно, придется из России уехать, так как не материться я не могу. 


О смене гражданства

У меня есть много друзей-евреев, которые переехали в Израиль, кто-то поступал в вузы в Европе, и я всех друзей всегда отговаривал уезжать из России. Один журналист всерьез собрался на волне последних событий сменить гражданство, и мне кажется, это неправильно. Я отлично отношусь к тому, чтобы уехать поработать на время, но менять гражданство никогда не буду. Если ты поменял гражданство, то уже, по-моему, не можешь вмешиваться в дела страны, которую ты покинул. Теперь уже надо заниматься делами той страны, гражданином которой ты являешься. Мне нравится украинский язык [у Азара на iPhone интерфейс на украинском – авт.], нормально понимаю, но разговаривать на нем, конечно, не могу. Но я терпеть не могу украинских политиков, которые принципиально не переходят на русский при беседе с журналистами, если знают его. А вот обычных людей, которые говорят теперь только на украинском, понимаю и поддерживаю.


Ходорковский – есть ли шансы?

Лукавил ли Ходорковский, когда говорил, что будет заниматься только общественной деятельностью, а не политической? Не знаю, но не думаю, что у него есть шансы быть избранным на какую-то должность в России. У либералов сейчас в России все очень плохо. А националисты его своим не воспринимают, хоть он себя сейчас так и называет. В 82% поддержку Путина в российском обществе я сейчас могу поверить, ведь зернышко империализма есть в каждом россиянине, и сейчас зернышки проросли очень во многих. 


Медаль от Путина

[Недавно газета «Ведомости» опубликовала информацию об указе №269, согласно которому более 300 журналистов получили награды «за высокий профессионализм и объективность в освещении событий в Республике Крым» ─ авт.] У меня, конечно, этой медали нет. Награды вручали только журналистам государственных СМИ. Но даже если бы меня собирались наградить – я бы отказался. Потому что объективность и профессионализм в понимании Путина и российских властей ─ это ложь, необъективность и пропаганда, а значит, такую награду получить стыдно и позорно. Пришлось бы, наверное, из профессии даже уйти поэтому.

Напротив сидел Влад Красинский, который готовился к интервью из Википедии [прим. Азара].

Фото: соцсети.

Помилка в тексті? Виділи її, натисни Shift + Enter або клікни тут.

comments powered by Disqus